Реферат на тему "Роман Анны Зегерс Седьмой крест"




Реферат на тему

текст обсуждение файлы править категориядобавить материалпродать работу




Реферат на тему Роман Анны Зегерс Седьмой крест

скачать

Найти другие подобные рефераты.

Реферат *
Размер: 39.68 кб.
Язык: русский
Разместил (а): Кондратюк Л.В.
1 2 3 Следующая страница

добавить материал

МИНИСТЕРСТВО ОБЩЕГО И ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ РФ
УЛЬЯНОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
ФАКУЛЬТЕТ КУЛЬТУРЫ И ИСКУССТВА
КАФЕДРА ЖУРНАЛИСТИКИ
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
РЕФЕРАТ
 
 
по курсу «История зарубежной литературы XX века»
на тему:
«Роман Анны Зегерс “Седьмой крест”»
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Выполнила: Кондратюк Л.В.,
студентка гр. Ж-41.
Проверила: Васильчикова Т.Н.
 
 
 
 
 
 
 
 
г. Ульяновск
2004
ПЛАН:
 
 
I.                   ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА………………………………………………….…..3
II.                ИЗ ИСТОРИИ СОЗДАНИЯ…………………………………………………....3
III.             ЗАМЫСЕЛ……………………………………………………………………....4
IV.             ОСНОВНОЙ КОНФЛИКТ В РОМАНЕ……………………………………....5
V.                ОБРАЗЫ, СИМВОЛЫ, ПРИЕМЫ………………………………………….…7
VI.             ТЕМАТИКА, ПРОБЛЕМАТИКА……………………………………………..9
VII.          ОБРАЗ ТОЛПЫ………………………………………………………………..14
VIII.       ВТОРОСТЕПЕННЫЕ ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА В РОМАНЕ…………….15
IX.             ХУДОЖЕСТВЕННОЕ МАСТЕРСТВО АВТОРА…………………………..16
X.                ИСПОЛЬЗУЕМАЯ ЛИТЕРАТУРА…………………………………………..18
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
I.   ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
 
Георг Гейслер – совершивший побег из концлагеря Вестгофен.
Валлау
Бейтлер
Пельцер
Беллони                бежавшие из концлагеря вместе с Георгом.
Фюльграбе
Альдингер
Фаренберг – бывший комендант концлагеря Вестгофен.
Зоммерфельд – нынешний комендант в Вестгофене.
Бунзен – лейтенант В Вестгофене.
Циллих – шарфюрер в Вестгофене.
Фишер, Оверкамп – следователи.
Эрнст – пастух.
Франц Марнет – бывший друг Георга, рабочий химического завода в Гехсте.
Лени – бывшая подружка Георга.
Элли – жена Георга.
Меттенгеймер – отец Элли.
Герман – друг Франца, рабочий гризгеймских железнодорожных мастерских.
Эльза – его жена.
Фриц Гельвиг – ученик-садовод.
Доктор Левенштейн – врач, еврей.
Фрау Марелли – театральная портниха.
Лизель Редер, Пауль Редер – друзья юности Георга.
Катарина Грабер – тетка Редера, владелица гаража.
Фидлер – товарищ Редера по работе.
Грета – его жена.
Доктор Кресс.
Фрау Кресс.
Рейнгардт – друг Фидлера.
Официантка.
Голландский шкипер, готовый на любой риск.
II.   ИЗ ИСТОРИИ СОЗДАНИЯ
 
Роман «Седьмой крест» создавался в Париже в 1937-1939 гг. Но и позже Анна Зегерс вносила в рукопись изменения, дополнения. Эта работа была прервана в мае 1940 г. вторжением гитлеровских войск во Францию. Писательница вспоминала об этих горьких днях: «Я плакала, сжигая рукопись, чтобы она не досталась немцам и чтобы в случае, если они займут этот дом, не подвергать опасности тех, кто в нем жил... Впрочем, один экземпляр рукописи еще раньше попал в Соединенные Штаты к Францу Вайскопфу. И Франц Вайскопф позаботился о том, чтобы она дошла до издательства».
В 1942 г. роман вышел в свет на английском языке в Нью-Йорке и на немецком – в Мехико. Фрагменты романа на немецком языке были напечатаны в издававшемся в Москве журнале «Интернационал литератур» в 1939 г., а на русском языке – в журнале «Октябрь» (№7-8 и 9-10) тревожной военной осенью 1941 года.
Ежеминутно подвергаясь риску быть опознанной фашистами, писательница со своими детьми прожила несколько недель в занятом вермахтом Париже, а затем с большим трудом перебралась в неоккупированную зону Франции. Начались долгие и утомительные хлопоты освобождения мужа, видного ученого Ласло Радвани, арестованного властями осенью 1939 г. С помощью Лиги, председателем которой в годы войны был Т. Драйзер, - удалось получить нужные визы, и весной 1941 г. Анна Зегерс вместе с семьей нашла прибежище в Мексике, где к тому времени уже обосновалась большая группа немецких писателей-антифашистов.

III.   ЗАМЫСЕЛ

 
Восстанавливая историю возникновения замысла и его воплощения, Анна Зегерс вспоминала: «Мне часто рассказывали о том, что происходило в концентрационных лагерях... Я часто разговаривала со многими беженцами, и кто-то рассказал мне об этой необычайной истории – необычайной и в то же время ужасной, звучавшей более невероятно, чем все, что только можно себе представить: о кресте, к которому был привязан пойманный после побега заключенный».
История побега семерых и спасения одного из них давала огромные возможности показать всю Германию, все слои ее населения. Писательница вспоминала, что тематически на «Седьмой крест» повлиял роман А. Мандзони «Обрученные» (1827): в нем «на примере одного события как раз дается срез всей народной жизни, и я тогда подумала, что этот побег – тоже событие, на котором я бы могла дать такой срез».
Бежавшие из концлагеря Вестгофен узники – и прежде всего центральный персонаж, Георг Гейслер, - сталкиваются с множеством очень разных людей. Каждая встреча и разговор с теми, кто на свободе, - это не только очередное испытание на прочность, это и экзамен на человечность, устраиваемый случайно встреченному попутчику, знакомому, родственнику.
Против бежавших пущен в ход совершеннейший аппарат сыска, однако одному из них удается уйти от преследования. Побег заключенных – удар по престижу нацистов, факт, обусловливающий сомнение тысяч людей в их всемогуществе. Поэтому власти не спешат с сообщением о происшедшем: «Семь, шесть и даже пять беглецов – это недопустимо много, это дает не только основание для предположений, что их еще больше, но и для всевозможных догадок, сомнений, слухов». Так оценивает сложившуюся ситуацию гестаповский следователь Оверкамп, и в его размышлениях ощутимы растерянность, неуверенность и даже некоторый страх.
А вот как смотрят на случившееся антифашисты Франц Марнет и Герман Шульц: «Непойманный беглец – это все же кое-что, это будоражит. Это вызывает сомнение в их всемогуществе. Это – брешь». Отношение к происшедшему выражают и узники Вестгофена, считающие беглецов частичкой себя: «Нам чудилось, будто мы выслали их вперед на разведку».
Почти каждое событие преломлено через призму восприятия самых разных людей – и убежденных противников нацистского режима, и пытающихся сохранить нейтралитет, и равнодушных ко всему, и ярых приверженцев Гитлера.
Неистовствует свора штурмовиков и эсэсовцев; с великой надеждой смотрят на седьмой крест (он так и остается незанятым) невольники Вестгофена. И когда стволы семи платанов срубают по приказу нового коменданта, заключенные торжествуют: одержана победа, Георг Гейслер на свободе, далеко не беспредельно могущество нацистов.
«Седьмой крест» – роман о жестокой повседневности, кровавых буднях «третьего райха». Многочисленные документы свидетельствуют, что в первой половине 30-х гг. миллионы немцев отрицательно относились к идеологическим установкам нацистов и их программе. Поэтому приход фашистов к власти ознаменовался разгулом самого дикого террора и беспощадным истреблением все противников. Германия была опутана густой паутиной концлагерей; они рассматривались как мощный инструмент власти, как один из рычагов внутренней политики; страх перед ними постоянно возбуждался и поддерживался геббельсовской пропагандой.
Анна Зегерс развивает тему, начатую Г. Баймлером («В лагере смерти Дахау», 1935), К. Биллингером («Заключенный 880», 1933), Г. Липманом («Отечество», 1933), В. Бределем («Испытание», 1935), В. Хорнунгом («Дахау», 1935), В. Лангхоффом («Болотные солдаты», 1935), К. Гинрихсом («В третьей империи», 1936) и продолженную затем А. Нойманом («Их было шестеро», 1944), Э. Вихертом («Мемориал», 1947), Г. Вайзенборном («Только человек», 1947), Б. Апицем («Голый среди волков», 1954). Почти все эти книги созданы на основании лично пережитого их авторами; ведущими в них является мотив испытания, основная коллизия – столкновение антифашистов с бесчеловечной машиной террора гитлеровской империи. Эти произведения ценны достоверным фактическим материалом, однако в них недостаточно глубоко обрисованы образы, не вскрыты социальные корни нацизма, - авторы стремились как можно быстрее поведать миру о том, что грозит всем людям, рассказав о страшных буднях концлагерей, в которых, по бредовым замыслам фашистов, подлежала истреблению бульшая часть человечества.
Повествование в романе «Седьмой крест» начинает вести безымянный узник стандартного, среднего «исправительного заведения». Выразительными штрихами писательница воссоздает кошмарную явь Вестгофена с непременной колючей проволокой, вышками, приземистыми бараками и своеобразным «юмором висельников» охраны, именующей «площадкой для танцев» плац, на котором упивающиеся властью садисты издеваются над заключенными; самые непокорные «пропускались через сепаратор», то есть подвергались особо изощренным издевательствам. Жаргон мясников из Вестгофена – не только характерный штрих будней «третьего райха», это и прототип узаконенной позже в официальных документах гитлеровской Германии терминологии палачей, в которой слова «смерть» и «уничтожение» имели множество синонимов: «экзекуция», «селекция», «специальная акция». На лексиконе нацистов «проводить решительные меры» означало действовать с необузданной жестокостью, а «особое обращение с военнопленными означало их массовое истребление.
Авангард рабочего класса и цвет прогрессивной интеллигенции страны приняли на себя первый удар, понеся огромные потери. «Самая чудовищная судьба, почти бесприметная в истории, но однажды уже постигшая наш народ, грозила стать нашей судьбой; ничья земля разделит два поколения, и через нее опыт прошлого уже не может пройти в будущее. Когда один сражается и падает, а другой подхватывает знамя и тоже сражается и падает – это естественно, ибо ничто не дается без жертв. Ну а если уже некому подхватить знамя? Просто потому, что уже никого не осталось, кто понимал бы его значение?
Безымянный узник не только рассказывает о том, что происходит в Вестгофене, - он комментирует действие. Он открывает и завершает повествование, предуведомляя читателя уже в начале о спасении одного из беглецов. Анна Зегерс вновь использует здесь апробированный в предшествующих произведениях прием сообщения о развязке уже в прологе, с тем чтобы сосредоточить внимание читателя не на финале, а на перипетиях пробега.

IV.   ОСНОВНОЙ КОНФЛИКТ В РОМАНЕ

 
Писательница всегда находилась на стремнине могучего течения жизни, ставя в своих произведениях главные, определяющие общественное развитие конфликты. Ход действия в романе «Седьмой крест» обусловливается столкновением антифашиста и множества помогающих ему людей с кажущейся всесильной и всемогущей властью. Романистка выводит на сцену немногих ее представителей, занимающих отнюдь не ключевые позиции в нацистской иерархии, «обыкновенных» фашистов, людей без патологических отклонений в психике, и убедительно показывает, как тесно связаны в общественной, человеческой практике нацистская идеология, политика и нравственный облик людей, их исповедующих и осуществляющих.
В свое время бесноватый фюрер заявил, что он освобождает людей от сдерживающего начала ума, от «химеры, носящей название совесть и мораль». Эта мысль программировала поведение членов нацистской партии, штурмовиков и эсэсовцев, рассматривавших концлагери как полигоны, на которых отрабатываются приемы подавления человеческой воли и методы уничтожения целых народов. Вестгофен представляется фашистам прообразом гигантских фабрик уничтожения всех инакомыслящих в будущем, поскольку конечной целью фашистского движения было установление мирового господства.
Биография Фаренберга, нациста из среды мелких буржуа, типична: хотел стать юристом, но не хватило способностей и ума. «Вместо того чтобы заниматься с отцом прокладкой труб, он предпочел обновлять Германию, брать с штурмовиками маленькие городки, в том числе и свой родной городок, в котором он раньше считался лодырем, обстреливать рабочие кварталы, избивать евреев...» Фаренберг презирает любой вид физического труда, предпочитая «чистую» работу палача и карателя, и для него самым жутким видением «был его собственный двойник в синей бузе водопроводчика, продувающий засоренную канализационную трубу». Это яркий штрих в мировосприятии нациста: он уверен, что «высшей расе» все дозволено, она будет править, в то время как противники режима и «неполноценные» народы станут рабами, навозом, на котором произрастет высокая культура «элиты».
Гитлер говорил, что он и его приспешники хотят произвести отбор слоя новых господ, чуждого морали и жалости, слоя, который сумеет установить и сохранить без колебаний свое господство над широкой массой. Верой и правдой служат фашизму те, кто готов стать такими «господами». Фаренберг постоянно обращает взоры к портрету фюрера, даровавшего ему высшую власть: «Господствовать над людьми, над их душой и телом, распоряжаться жизнью и смертью – это ли не всемогущество!»
Еще один претендент на господство над широкой массой – картинно красивый эсэсовец Бунзен, кумир провинциальных барышень. Его звериные инстинкты проявляются лишь при виде очередной жертвы. Когда в лагерь водворяют одного из беглецов, избитого до неузнаваемости Бейтлера, мгновенно меняется облик Бунзена: «Ноздри расширились, уголки рта задергались, все лицо, которое природа одарила сходством с Зигфридом или архангелом в светлой броне, чудовищно исказилось».
Больше всего на свете страшится утраты власти над людьми Циллих, университетом для которого стали казармы кайзеровской армии, а высшим авторитетом – лейтенант Фаренберг. Самое ужасное для него, крестьянина, - возвращение к земле, к «племени, мухам, ребятишкам», к повседневному труду. Его тянет «туда, где ничего не надо ни заделывать, ни прибивать». Он верой и правдой служил реакции в 1918 г., усмиряя восставших рабочих, а затем закономерно оказался в рядах фашистов, поскольку он – «за нацию», «против всей этой шайки», «против правительства и против евреев».
Писательница скупа в показе «практики» циллихов и бунзенов, в описании зверств и истязаний, которым подвергаются узники концлагерей; тем не менее она добивается огромного эффекта, показывая конечный результат их деятельности. Машину, на которой сбежавший из концлагеря Георг Гейслер добирается до города, останавливает патруль, и беглец думает, что все кончено. Однако солдату, знакомому с приметами Георга по досье трехлетней давности, даже и в голову не приходит заподозрить в нем разыскиваемого. Несколько позже облик Гейслера дан через восприятие другого персонажа, полагающего, что это неизлечимо больной, обратившийся к вере: «Ну, он и двух дней не проживет... На улице свалится». Одна из богомолок принимает Георга за старика-нищего и протягивает ему монету.
В романе зафиксирована характерная деталь в поведении представителей власти: они почти не говорят спокойно,  они «рычат», «рявкают», кричат, стремясь придать себе уверенность. Даже имея неограниченную власть, они не чувствуют себя хозяевами положения. Фаренберг с бешеной злобой думает о собственном бессилии, о невозможности сломить волю коммунистов: «При допросах этого Гейслера оставался еще тот взгляд, эта улыбочка, какой-то особый свет на роже, как по ней ни лупи». Стойкость, проявленная на допросе Эрнстом Валлау, поражает и приводит в оцепенение видавшего виды Фишера. Встретившись с Эрнстом в последний раз, циничный гестаповский следователь Оверкамп, знающий, что узнику осталось жить несколько дней, «едва заметно смутился». «Может быть, в его взгляде мелькнул даже оттенок уважения».
Жалкое и отталкивающее впечатление производит деревенский бургомистр Вурц, получивший должность благодаря доносу на Альдингера, своего соперника. Панический ужас овладевает им, когда он узнает о побеге заключенных; слыша стук в дверь, он на четвереньках выползает из своего кабинета. Над ним втихомолку смеется вся деревня, презирают Вурца даже охраняющие его штурмовики. Молодой крестьянин после совершенного в духе национал-социалистических традиций обряда оглашения говорит часовому: «ну уж дерьмо ты тут стережешь».
1 2 3 Следующая страница


Роман Анны Зегерс Седьмой крест

Скачать реферат бесплатно


Постоянный url этой страницы:
http://referatnatemu.com/343



вверх страницы

Рейтинг@Mail.ru
Copyright © 2010-2015 referatnatemu.com