Реферат на тему "Детерминация и предупреждение преступности среди персонала органов"




Реферат на тему

текст обсуждение файлы править категориядобавить материалпродать работу




Монография на тему Детерминация и предупреждение преступности среди персонала органов

скачать

Найти другие подобные рефераты.

Монография *
Размер: 0.88 мб.
Язык: русский
Разместил (а): Олег Мартыненко
Предыдущая страница 1 ... 14 15 16 17 18 19 20 21 ... 61 Следующая страница

добавить материал

Относительно среднестатистического сотрудника-правонаруши­теля в ходе исследования было установлено, что среди жизненных ценностей ведущее место занимают преимущественно категории корысти, выраженные в достаточно умеренной, средней степени. Это, прежде всего, «благополучие семьи» (48% опрошенных); «деньги» (38,9%); «власть» (31,8%); «собственное благополучие» (29,2%); «полезные связи, карьерный рост» (24,7%). Значительно более низкое рейтинговое место занимают ценности, связанные с трудовой дисциплиной, задачами и содержанием служебной деятельности, интересами других людей.
Одна из категорий сотрудников, однако, обращает на себя внимание степенью отклонения в сфере жизненных ценностей. Речь идет об участковых инспекторах милиции, большинство из которых среди наиболее значимых ценностей своей деятельности указали «власть» (70%), «деньги» (60%), «полезные связи, карьерный рост» (50%).[286]
В мотивационной сфере сотрудников ОВД также доминируют преимущественно корыстные мотивы. Так, в числе наиболее весомых мотивов, определяющих их выбор профессии и содержание служебной деятельности, сотрудники указывают желание улучшить материальное положение (27,9% опрошенных), получать особое уважение со стороны окружающих (27,3%), желание иметь властные полномочия (25,3%), жажду острых впечатлений (20,1%).
У сотрудников, осужденных за совершенные агрессивно-насиль­ственные преступления, а также за случаи злоупотребления властью и превышения служебных полномочий, становится более заметна тенденция к авторитарности и исключительности – первые места среди ведущих мотивов служебной деятельности занимают необходимость ощущения власти и особого уважения со стороны окружающих (около 40% опрошенных).
Рассматривая вопрос мотивации противоправных действий, необходимо указать, что в настоящее время в криминологии существует весьма ограниченное число работ, посвященных рассмотрению мотивационной сферы правонарушителей из числа сотрудников ОВД. Поскольку тема преступности в правоохранительных органах получила свое оформление только в начале 1990-х гг., перечень работ, где сделаны попытки классифицировать мотивы преступлений, насчитывает немногим более десятка диссертационных исследований.
В основном это работы российских авторов, в части из которых результаты исследований, к сожалению, представлены на уровне эмпирического накопления фактов, без последующей систематизации и абстрагирования, что не позволяет принимать их для дальнейшего научного анализа. К таковым можно отнести работы Н.В. Тарасова и К.А. Прохорова, где авторы выделяют практически сходный перечень ведущих мотивов противоправной деятельности сотрудников, включающий в себя следующие категории:
– пример друзей, сослуживцев (39,8% случаев);
– уверенность в безнаказанности (27,4%);
– отсутствие должного контроля (18,6%);
– незнание закона (3,6%);
– необходимость обеспечения прожиточного минимума семьи (2,7%);
– корысть (1,8%);
– стремление завоевать авторитет (1,8%);
– «не было другого выхода» (1,8%);
– месть, ревность (0,9%);
– финансовые проблемы (0,9%);
– «не считал нужным соблюдать закон» (0,9%).[287]
Очевидно, что такие категории, как «необходимость обеспечения прожиточного минимума семьи», «финансовые проблемы» и «корысть» являются обозначениями одного и того же корыстного мотива и могут быть без ущерба для целей исследования объединены именно под таким названием. Среди приведенных дефиниций серьезные возражения встречают «уверенность в безнаказанности», «отсутствие должного контроля», «незнание закона», которые являются скорее факторами, способствующими совершению преступления, нежели собственно мотивами. Весьма проблематично отнесение к категории мотивов и таких, как «не было другого выхода», «стремление завоевать авторитет», «не считал нужным соблюдать закон». На наш взгляд, к последним категориям более применим термин «мотивировка», под которым в криминологии понимается «рациональное объяснение субъектом преступления своего поведения, обстоятельств, побудивших его к выбору данного действия».[288] Однако для криминологического исследования требуется не только перечисление причин поведения в том виде, как их указывают респонденты во время опроса, но и философско-аналитическая работа авторов по осмыслению и обобщению полученных данных.
Вторая и большая часть работ представляет собой результат постепенной трансформации общепринятого в криминологии деления мотивов противоправного поведения, предусматривавшего выделение групп идейных (политических), корыстных, насильственно-эгоистических, анархистско-индивидуалистических, легкомысленно-безотчетных и трусливо-малодушных мотивов.[289] Одно из первых исследований в области «милицейской» преступности, принадлежащее А.А. Купленскому, несколько видоизменило указанный перечень, дополнив его т.н. «мотивами профессиональной пассивности».[290]
Однако достаточно самостоятельная классификация мотивов противоправного поведения, связанного с исполнением служебных обязанностей, впервые появилась только в 1998 г., представленная Ю.А. Мерзловым. В ней автором выделяются такие мотивы, как карьеристские, ведомственно-корпоративные, статусно-исполнительские, служебно-корыстные, идейные.[291] Предложенная классификация практически без изменений до сих пор встречается в работах других авторов.[292]
Идея выделения в качестве самостоятельной категории мотивов служебной деятельности получила свое развитие в работе С.А. Алтухова, который выделил соответствующие типы «преступников-службистов»: «азартные силовики», «взяточники», «карьеристы». Кроме того, С.А. Алтуховым были предложены к рассмотрению два типа сотрудников, совершивших общеуголовные преступления – «случайный» тип и «оборотни». Последняя категория, имеющая не вполне удачное популистское название, включала лиц, совершающих общеуголовные преступления без использования возможностей службы и должностных полномочий, среди которых автором весьма сжато описывался корыстный и насильственный типы преступников.[293]
Несколько иное разделение мотивов предлагает А.Н. Варыгин, выделивший мотивы «профессиональных» и общеуголовных преступлений, при этом последняя категория автором практически не была раскрыта и осталась декларативной. Среди наиболее распространенных мотивов «профессиональных» преступлений были указаны «службистские» (карьеристские мотивы; стремление выглядеть профессионалом; нежелание портить отношения с коллегами) и корыстные, имеющие удельный вес 43,7% и 20,3% соответственно. Далее с большим отрывом следуют мотивы насилия (месть, стремление показать чувство превосходства) и конформистские (пример сослуживцев), имеющие удельный вес от 4,7% до 8,5%.[294]
Отдельное место среди указанных работ занимают классификации мотивов служебных преступлений, предложенных украинскими исследователями. В 2003 г. А.С. Новаков предложил рассматривать мотивы служебных преступлений как совокупность ведомственно-корпоративных, корыстно-преступных, морально-деформированных и ситуативных мотивов.[295] Не возражая в целом против логики построения такой классификации, следует все же отметить, что слово «ситуативные» применительно к мотиву в большей степени характеризует скорость развития и реализации какого-либо мотива, нежели его смысловое содержание. Вызывает также замечание использование чрезмерно общей формулировки «морально-деформированные мотивы», под которую с одинаковым успехом могут подпадать те же корпоративные либо корыстно-преступные мотивы.
Категория корыстных мотивов в свое время была тщательно рассмотрена в диссертационной работе С.А. Шалгуновой, посвященной проблемам взяточничества и коррупции в ОВД. Условно автором было проведено разграничение корыстных побуждений взяточников на шесть подгрупп мотивов:
– жажда накопления денег и материальных ценностей;
– стремление к достижению материального комфорта и благополучия, позволяющего считать себя «не хуже других людей»;
– потребность в алкоголе, стремление к легкому, беззаботному существованию;
– удовлетворение материальной необходимости «служебного характера» – желание угодить начальнику, поддержание необходимых для работы деловых и неформальных связей;
– удовлетворение насущных материальных проблем семейно-бытового характера для приобретения одежды, лекарств, ме­бели;
– совершение коррупционного деяния для получения острых ощущений, когда важен не столько результат (личное обогащение), сколько само переживание ситуации риска.[296]
В данной работе, равно как и в исследованиях С.А. Алтухова и А.Н. Варыгина, как нельзя более заметно прослеживается наметившаяся в последнее время тенденция к поиску специфических мотивов преступлений сотрудников ОВД, «привязки» определен­ных групп мотивов к отдельным видам «милицейской» преступности. Продиктованная стремлением эмпирического познания столь нового для отечественной криминологии явления, данная тенденция вряд ли может быть методологически оправданной и перспективной по нескольким причинам.
Во-первых, установить однозначную причинно-следственную связь между определенными мотивами и отдельными видами преступлений – задача весьма проблематичная, поскольку в действительности один и тот же набор мотивов может детерминировать различные виды преступлений. Насильственные преступления сотрудников ОВД могут быть в равной степени результатом действия не только агрессивно-насильственных мотивов, но и мотивов корысти, идейных и конформистских мотивов, а также (в ряде случаев) мотивов легкомысленно-безответственных. Корыстные правонарушения также могут быть детерминированы отнюдь не сугубо корыстными мотивами обогащения – среди наиболее вероятных причин мы можем указать и неправильно понятые интересы службы, и конформистские мотивы, и мотивы карьерного роста как разновидности тщеславия. Более того, для индивидов с высокосоциализированным контролем собственной агрессии возможны варианты, когда корыстные преступления могут совершаться как промежуточный этап для достижения конечной цели – мести. Имеющая место полимотивированность большинства человеческих поступков также делает разделение мотивов на «служебные» и «общеуголовные» достаточно условным.
Второй причиной, по которой поиск специфических мотивов преступности сотрудников ОВД может считаться относительно бесперспективным направлением, является тот факт, что набор мотивов человеческого поведения по своему объему является относительно устойчивым и универсальным образованием, изученным достаточно полно методами эмпирической психологии. Вряд ли можно ожидать, что существуют не изученные и не известные в науке мотивы, детерминирующие исключительно или преимущественно преступления сотрудников, качественным образом отличающиеся от ранее известных. Разумеется, исследователь сам вправе выбирать название, которым он обозначает тот или иной изучаемый мотив, однако при обобщении и унификации полученных результатов выделяемые мотивы так или иначе будут сведены к уже устоявшимся родовым названиям.
Именно по этой причине ни один из рассмотренных выше авторов так и не раскрыл совокупности мотивов, детерминирующих совершение сотрудниками общеуголовных преступлений, поскольку в таком случае он был бы вынужден вернуться к тем же самым родовым определениям корысти, эгоцентризма, конформизма и т.п., подтвердив, тем самым, что общеуголовные и служебные преступления детерминируются одними и теми же мотивами.
С учетом высказанных замечаний более предпочтительной является сегодня позиция ведущих российских криминологов, которые предлагают рассматривать две разновидности мотивации противоправных действий сотрудников ОВД.[297] К первой относятся ложно понимаемые служебные интересы, в силу чего сотрудники нарушают требования закона, исходя из неоднородных побуждений. Так, одна часть сотрудников идет на совершение правовых норм для «восстановления» справедливости, руководст­вуясь при этом принципом «цель оправдывает средства». Другая часть сотрудников ориентирована на продвижение по службе и получение поощрений, которые напрямую зависят от показателей служебной деятельности, улучшения оперативной обстановки в районе. В данном случае нарушения законности мотивируются не столько ложно понятыми интересами службы, сколько корыстно-личными интересами и карьеристскими соображениями.
Второй вид мотивации характерен для так называемой категории «оборотней в погонах», т.е. сотрудников, изначально совершающих правонарушения исключительно из соображений личной выгоды. Провоцируя нарушение закона со стороны граждан, подбрасывая в виде улик оружие или наркотики заведомо невиновным людям, сотрудники данной категории вымогают, по сути, взятки либо услуги с их стороны. С психологической точки зрения такого рода поведение мотивировано обычными криминальными наклонностями, поэтому личность таких сотрудников ОВД, по мнению авторов, практически не отличается от характерологических черт вымогателей, воров, насильников и т.п.
Мотивационная сфера правонарушителей в погонах, таким образом, представляется данной группой криминологов как совокупность корыстных побуждений, ложно понимаемых служебных интересов и иных мотивов, характерных для обычных уголовных преступлений. Данная позиция, тем самым, указывает на то, что специфика преступности сотрудников ОВД заключается не столько в мотивах, сколько в особенностях их реализации с использованием статуса и возможностей должностных лиц правоохранительных органов.
Для понимания общей картины механизма мотивации отдельных видов преступности подобный подход представляется логически выверенным и методологически верным. Не отрицая важности исследования мотивационных составляющих того или иного мотива, он исходит, в первую очередь, из необходимости формирования «родового дерева» основных мотивов человеческой деятельности, их конкретизации и изучения механизма взаимодействия различных видов мотивов при реализации той или иной формы поведения индивидов, в том числе и противоправного.
Изученные классификации последних лет, равно как и собственные результаты изучения мотивации совершенных сотрудниками ОВД преступлений, также позволяют говорить о необходимости возвращения к классификации мотивов более универсального порядка. В качестве таковой может выступать уже существующая, хотя и несколько видоизмененная класс­сификация, предложенная в свое время В.В. Лунеевым, и содержащая следующие категории мотивов:
1. Корыстные мотивы, включающие все виды мотивов, направ­ленные на приобретение материальных ценностей, улучшение своего имущественного статуса, повышение благосостояния. Мотив личной выгоды достаточно разнообразен в своем криминальном проявлении, однако в общих чертах он детерминирует две группы корыстных преступлений: удовлетворение минимальных прожиточных потребностей; на обогащение. При этом форма реализации корыстного мотива может быть достаточно сложной.
В качестве примера можно рассмотреть ситуацию вымогательства, имевшую место во Львовской области. Сотрудник ППСМ сер­жант милиции М. и кинолог ГСО сержант милиции К. по предварительному сговору предложили 3 несовершеннолетним инсценировать курение марихуаны с вовлечением несовершеннолетнего Романова, чьи родители, по мнению сотрудников, являлись достаточно обеспеченными гражданами. После того, как несовершеннолетние закурили, сержанты милиции инициировали их арест и поместили всех в служебные помещения райотдела. Далее, опять с помощью несовершеннолетних, сержанты милиции М. и К. инсценировали отпуск каждого несовершеннолетнего за взятку в 400$ с каждого, о чем последние сообщили Романову, который также дал согласие принести из дома указанную сумму. Для получения такой суммы Романов вынес из дома с целью продажи ценные вещи, о чем узнала его мать и сообщила о случившемся в прокуратуру. Оба сотрудника были осуждены к 7 годам лишения свободы с конфискацией имущества.[298]
К группе корыстных могут быть отнесены т.н. «карьеристские» мотивы, когда достижение определенного положения в служебной иерархии рассматривается индивидом как источник обогащения (чаще всего незаконного). Потому для продвижения по служебной лестнице и назначения на желаемую должность сотрудник может совершать ряд противозаконных действий (фальсификация материалов следствия, сокрытие преступлений от учета, дача взятки), позволяющих в конечном счете выглядеть в более выгодном свете с точки зрения показателей служебной деятельности.
В судебной практике встречаются примеры смешанной формы карьеристских и сугубо корыстных мотивов. Так, в 2001 г. оперуполномоченные уголовного розыска С., Н. и М., пытаясь раскрыть преступление, вызвали гражданина Н. в кабинет, где избили его руками и ногами, связали ремнем, подвесили на металлической трубе головой вниз. Держали в таком положении 30 мин., продолжая избивать, после чего гражданин Н. был вынужден подписать признание в якобы совершенной краже. После этого оперуполномоченные начали требовать от него 1 тыс. грн. за не­содержание под стражей, отобрали в качестве залога паспорт и военный билет. На следующий день гражданин Н. принес и передал им во дворе жилого дома 250 грн. как часть требуемой суммы, где оперуполномоченные и были задержаны на месте сотрудниками СБУ.[299]
Предыдущая страница 1 ... 14 15 16 17 18 19 20 21 ... 61 Следующая страница


Детерминация и предупреждение преступности среди персонала органов

Скачать монографию бесплатно


Постоянный url этой страницы:
http://referatnatemu.com/?id=15076&часть=18



вверх страницы

Рейтинг@Mail.ru
Copyright © 2010-2015 referatnatemu.com